Пять фильмов о том, что семейные узы – это непросто

Август/August: Osage County (2013)

Старшему поколению этой семьи изрядно досталось в детстве – нищета, жестокость родителей, физическое и эмоциональное насилие в семье. Но они много работали и многого добились. Отец стал признанным писателем, а мать хозяйкой большой усадьбы в Оклахоме. Тяжёлая жизнь закалила их и сделала сильными, но не научила быть счастливыми, жить в мире и согласии с близкими людьми. Отец всю жизнь был запойным алкоголиком, убегавшим от реальности, а мать, властная, жадная, привыкшая вымещать на дочерях свои детские обиды, после обнаружения у неё рака челюсти пристрастилась к таблеткам и манипулированию окружающими. Их дочери не могут реализоваться в семейной жизни: одна слишком жёсткая и агрессивная; вторая нашла себя в жертвенности и отказе от собственной судьбы; третья с головой погрузилась в невыносимую лёгкость калифорнийской мечты.

Все члены семьи собираются в родительском доме, когда узнают о самоубийстве отца. Его смерть вскрывает незаживающие раны и даёт толчок для выхода наружу застарелых обид, упрёков, отчаяния и неизбывного чувства вины.

Рэйчел выходит замуж/ Rachel Getting Married (2008)

В подростковом возрасте Ким работала моделью, страдала анорексией и подсела на наркотики. За прошедшие с тех пор десять лет она стала настоящим кошмаром семьи, и вот теперь приезжает из реабилитационного центра на пару дней на свадьбу старшей сестры Рэйчел. Ким ведёт себя вызывающе, агрессивно, эгоцентрично, старается любым способом оказаться в центре всеобщего внимания, чтобы потом начать обвинять своих близких в эмоциональном давлении и контроле. Члены этой семьи связаны общей травмой и чувством вины, которое не позволяет им ни простить, ни принять, ни отпустить друг друга. Напротив, травма и чувство вины усиливают семейные проблемы и конфликты – отчуждение и холодность матери, гиперопеку и тревожность отца, зависть, ревность и конкуренцию между сёстрами.

Жизнь продолжается несмотря ни на что, семейные узы нерасторжимы, хотя и могут причинять боль. Одни находят спасение в бегстве от причиняющих боль связей, другие ради сохранения и поддержания близости принимают боль как неизбежную часть жизни.

Это всего лишь конец света/ Juste la fin du monde (2016)

Луи возвращается в родной провинциальный городок после двенадцатилетнего отсутствия, чтобы лично сообщить семье о своём смертельном заболевании. Перешагнув порог дома, он оказывается в окружении практически чужих ему людей. За это время Луи стал знаменитым писателем, и семья имеет лишь самое отдалённое представление о его жизни. Они гордятся им, собирают газетные вырезки с новостями о нём, с нетерпением ждут и бережно хранят все его открытки, но теряются в его присутствии, всячески пытаются произвести на него впечатление, стыдятся своего провинциального быта, ссорятся, чувствуют свою несуразность и обвиняют друг друга в нелепости. Луи видит, что его приезд стал потрясением для их маленького мирка, и в поисках так необходимой ему поддержки он обращается к далёким воспоминаниям детства – тому образу семьи, который сохранился в его памяти.

Родные догадываются, что приезд Луи не случаен, но боятся спросить и узнать истинную причину, жадно заглядывают ему в глаза, но видят лишь свои надежды и не замечают его отчаяния. Только жена старшего брата Луи, с которой он никогда не был знаком, и с которой его ничего не связывает, чувствует, что у него на сердце какая-то тяжесть.

Родня (1981)

Мария Коновалова едет навестить свою дочь Нину, которая несколько лет назад уехала из родной деревни в город, вышла там замуж и родила дочь. Мария и её дочь очень похожи – самоуверенны, упрямы, до крайности экспрессивны, легко переходят из одного эмоционального состояния в другое, что встречает у окружающих людей либо ответную истерику, либо бесчувственное равнодушие. Каждая из них ни в чём не готова поступиться, но при этом обе несчастливы в личной жизни и с опаской глядят на подрастающую дочку и внучку, которая уже вполне переняла их эксцентричный характер.

Эти три женщины несмотря на вечные скандалы и раздоры всегда будут держаться друг за друга, демонстрируя типичный российский семейный сценарий, который я называю «матрёшка» – женские образы вкладываются друг в друга, воспроизводя один и тот же прототип лишь с небольшими видоизменениями и без участия «третьего», то есть отца, просто из женщины появляется новая женщина.

У них всё хорошо/ Stanno tutti bene (1990)

Маттео Скуро переживает осень своей жизни. Когда его пятеро уже взрослых детей не приезжают в очередной раз на летний отпуск в родной дом на Сицилию, Маттео сам оправляется навестить их. В пути он радостно рассказывает всем встречным о своей семье и детях. В его представлении все они по-прежнему большая дружная и сплочённая семья, а его дети – это всё те же милые мальчики и девочки, подающие большие надежды, радость и гордость родителей. Но встречные не проявляют никакого интереса к семейным рассказам Маттео. Даже просто увидеться с детьми в большом городе, не говоря уж о том, чтобы собрать всю семью за одним столом, оказывается очень непросто, и Маттео постепенно охватывает мрачное предчувствие, что большое чёрное нечто отрывает детей от него и семейных корней.

Для уже взрослых детей, обременённых заботами и проблемами жизни в большом городе, приезд пожилого отца – это обуза. Они многое скрывают от него, боясь его разочаровать, ведь они не оправдали ни одной из его надежд – не стали ни выдающимися политиками, ни успешными предпринимателями, ни прославленными музыкантами и актёрами. Они не только не стали лучше родителей, но не смогли повторить их главного достижения – создать крепкий брак и большую семью.

Реклама

Об авторе tolkoksana

Психолог-консультант психоаналитической ориентации
Запись опубликована в рубрике Психоанализ и кино, Психология семьи. Добавьте в закладки постоянную ссылку.