Я-хороший или об истинной природе истинного-Я

Исследования Я как объекта имеют долгую историю, большой вклад в которую внесли психоаналитически и гуманистически ориентированные авторы. Так, Зигмунд Фрейд одним из первых выделил Я как отдельную психическую инстанцию и как особый психический объект, а также показал неоднородность, нецелостность Я. В дальнейшем его идеи были трансформированы представителями селф-направления в психологии и психоанализе, предложившими дифференцировать Я на истинное (true self) и ложное (false self).

Igor Morski5

Психоаналитик Дональд Винникот применил понятие истинное-Я для описания спонтанных творческих тенденций в человеке, позволяющих ему ощущать себя живым и аутентичным самому себя и настоящему моменту своей жизни. Напротив, ложное-Я формируется как защитный фасад в неблагоприятных для выражения личностной спонтанности и творческой активности условиях и сопровождается чувствами пустоты, бессмысленности и омертвелости. Другой психоаналитик Хайнц Когут отмечал, что причиной нарциссических расстройств является преобладание в личности защитных структур ложного-Я. Практически все гуманистически ориентированные авторы, такие как Карл Юнг, Эрих Фромм, Карен Хорни, Карл Роджерс, Элис Миллер и другие используют разграничение на истинное- и ложное-Я, описывая первое как настоящее, самобытное, творческое начало в человеке и второе как конформистски ориентированную защитную структуру, сформированную под давлением  требований культуры и окружающих людей.

Однако существует и критика данной концепции, представленная психоаналитически ориентированными социологами и философами, которых умиляет (пожалуй, здесь будет уместно это слово) сентиментальный подход гуманистических авторов, описывающих истинное-Я как нечто объективно существующее. Так, Мишель Фуко иронически называет труды американских гуманистов «калифорнийским селф-культом». Жан-Бертран Понталис отмечает, что может быть в клинической практике и имеет смысл различать Я на ложное и истинное, но теоретическая значимость такого различения более чем сомнительна. С точки зрения социальных психологов «Я» и все связанные с ним представления, в том числе представления об истинном- и ложном-Я, являются социально-психологическими конструктами, а не неким экзистенциальным состоянием натуралистическим образом присущим человеку.

Igor Morski4

Группа социальных психологов из Йельского университета осуществили исследование, цель которого – выявить приписываемые истинному-Я психологические качества*. Авторы проанализировали большой массив литературы, в которой так или иначе изучались и описывались качества Я, ложного-Я и истинного-Я и пришли к выводу, что так называемое истинное-Я всегда и во всех случаях описывается как исключительно хорошее, особенно в том, что касается моральных качеств.

Первое, на что обратили внимание авторы исследования, это избирательность приписываемых истинному-Я качеств. Оказалось, что качества, приписываемые Я, могут включать в себя весь возможный диапазон позитивных и деструктивных желаний, качеств и намерений, но истинному-Я будут присваиваться только положительные качества и стремления. Например, наркоман будет оценивать как принадлежащие своему Я оба конфликтных желания – употреблять и не употреблять наркотики. Но только желание не употреблять наркотики он припишет своему истинному-Я. То же самое касается и правоверного христианина с гомосексуальными наклонностями, который может признать, что его Я периодически испытывает гомосексуальные желания, но его истинное-Я стремится очиститься от этих греховных помыслов.  Таким образом, истинное-Я – это всегда высоконравственное, хорошее-Я. В литературе нет ни единого упоминания о том, что чьё бы то ни было истинное-Я имело порочные или дурные наклонности.

Igor Morski3

Второе важное наблюдение, которые сделали авторы, касается социокультурной стабильности конструкта истинного-Я. В то время как  большинство представлений, включая представления о собственном Я, в высокой степени обусловлены особенностями культуры, в которой вырос и живёт человек, будь то ориентированная на индивидуалистические ценности западная культура или коллективистская восточная культура, истинное-Я описывается одинаковым образом как нормативно хорошее в самых разных странах – в России, Сингапуре, Колумбии, США, Японии и т.д. Можно было бы предположить, что социокультурные различия в описании качеств истинного-Я будут различаться в зависимости от толкования моральных норм в разных культурах. С другой стороны, моральные нормы достаточно схожи в различных культурах и религиях будь то буддизм, христианство, ислам или индуизм, поэтому конструкт истинное-Я может воплощать собой универсальный моральный идеал. В то же время, так как истинное-Я конструируется на основании моральных норм, ему свойственны все конфликты и противоречия, имеющиеся в системе морали того или иного человека. Например, мужчина может чувствовать отвращение к паре гомосексуалистов и одновременно относится к ним с толерантностью, и обе эти тенденции он будет приписывать своему истинному-Я, так как в его системе морали присутствуют нормы, запрещающие гомосексуализм и предписывающие терпимость и толерантность.

Третье наблюдение исследователей касается атрибутивной стабильности конструкта истинного-Я. Достаточно хорошо изучен тот факт, что люди оценивают себя и окружающих по разным меркам. Так, суждения о себе выносятся большей частью на основании позитивной информации, а суждения о других людях более чувствительны к негативной информации. Кроме того, для подтверждения наших негативных впечатлений о человеке нужно меньше доказательств, чем для подтверждения чьей-то хорошей репутации. Иными словами распознать грешника намного проще, чем святого. В ситуации с негативным исходом люди чаще отмечают обстоятельства в качестве причин своих собственных поступков, тогда как причины поступков других людей чаще объясняются личностными качествам (я ошибся, потому что меня ввели в заблуждение; он ошибся, потому что у него такой характер). Напротив, в ситуации достижений люди чаще приписывают свою удачу собственным способностям, но не обстоятельствам. В совокупности все эти когнитивные искажения приводят к тому, что люди систематически переоценивают себя в своём виртуальном мире как более рациональных, способных, моральных, достойных, чем другие люди. Забавно, что этот же тренд наблюдается относительно убеждения об уязвимости к ошибочным суждениям – люди уверены, что они меньше, чем окружающие подвержены когнитивным искажениям и выносят более объективные суждения.

Igor Morski2

В отношении конструкта истинного-Я описанные когнитивные искажения не работают, то есть люди, по-разному оценивая собственное Я и Я окружающих людей, истинному-Я – своему или чужому – приписывают только положительные качества. Вот почему среди гуманистически ориентированных практикующих психологов психические заболевания часто рассматриваются как проявления ложного-Я, блокирующее истинное-Я, ведь с психическими заболеваниями зачастую связаны различные аморальные поступки, запретные влечения и деструктивные желания. И хотя у людей (а психологи тоже люди) нет проблем с тем, чтобы признать наличие в себе и других непорядочных побуждений, но по какой-то причине люди не могут приписать эти побуждения истинному-Я. Авторы ссылаются на подтверждающее этот вывод исследование, в котором респондентов просили ранжировать различные поступки как движимые истинным- или ложным-Я. И каждый раз респонденты относили к истинному-Я все поступки, которые представляют человека в хорошем свете, и к ложному-Я все поступки, выставляющие человека в невыгодном свете, заслуживающие морального осуждения.

Говоря об истинном-Я люди описывают различные хорошие мысли, желания и эмоциональные состояния. Например, когда люди чувствуют себя хорошо, они говорят что находятся в состоянии истинного-Я, когда же люди чувствуют негативные эмоции, они говорят, что охвачены ложным-Я. То же в отношении желаний – оцениваемые как позитивные, добрые желания приписываются истинному-Я, а деструктивные желания отсылаются к ложному-Я. Но всё же уникальное ядро истинного-Я составляют именно моральные качества. Я-хороший – вот как будет точнее всего описать конструкт истинное-Я, потому что все многочисленные качества, приписываемые истинному-Я – это хорошие качества.

Существует только один тип людей, на которых не распространяется вера в истинное-Я – это психопаты. Сравнительное исследование обычных людей и людей с выраженными психопатическими чертами показало, что психопаты не склонны считать, что люди по природе своей добрые и хорошие, и вообще не особо высоко ценят моральные качества, что, однако, не отражается на их способности соблюдать моральные нормы. В отличие от психопатов, которые вообще не склонны к идеализму, так называемые циники – это разочаровавшиеся в идеалах люди, которые по-прежнему, как и мизантропы, приписывают, истинному-Я моральные качества, но скептически относятся к возможностям людей реализовывать своё истинное-Я.

Igor Morski1

Авторы исследования делают попытку объяснить полученные результаты с точки зрения мотивационного и когнитивного подходов. Убеждение в том, что истинное-Я – это хорошее-Я необходимо людям как мотивирующий фактор, способствующий построению доверительных межличностных отношений и ожиданию награды за хорошее поведение в социальных отношениях. Проявлением этой же тенденции является описанная Мелвином Лернером вера в справедливый мир, выражающаяся в вере в то, что мир устроен справедливо, и люди в жизни получают то, что заслуживают в соответствии со своими личными качествами и поступками: хорошие люди награждаются, а плохие — наказываются.

Ещё одно возможное объяснение – качество идентификации объекта связано с конечным результатом или предназначением этого объекта. Люди воспринимают своё истинное-Я как морально хорошее, потому что считают или хотят считать, что они должны стремиться достигнуть этого как цели и смысла своей жизни. Также убеждения о хорошем истинном-Я взаимосвязаны с чувством осмысленности жизни. Предположим, что какой-то человек хочет заработать много денег и создать прекрасное произведение искусства. У него не возникнет проблем с тем, чтобы приписать себе оба этих желания, но только желание творить он припишет своему истинному-Я, что позволит ему воспринимать свою активность по зарабатыванию денег как наделённую высшим смыслом, а не только корыстными побуждениями. Восприятие своей деятельности как осмысленной, в свою очередь, связано с дополнительным удовольствием – я не только зарабатываю деньги, но и делаю что-то прекрасное и значимое. Кроме того вера в хорошее истинное-Я облегчает людям жизнь в социуме, ведь быть членом общества намного приятнее, когда ты пусть и не наблюдаешь, но хотя бы веришь в лучшую природу людей.

Так существует ли в действительности истинное-Я или это лишь научный концепт, описывающий некоторые психологические закономерности? Так как истинное-Я, делают заключение авторы статьи, нечувствительно к каким-либо подтверждениям и фактам, в высокой степени зависит от намерений наблюдателя и скорее постулируется, нежели наблюдается в реальности, то этот феномен не является научным концептом, а представляет собой очень обнадёживающий фантазм. Высокая степень субъективности и невозможности верификации предупреждают о том, чтобы учёные поостереглись использовать конструкт истинное-Я в качестве объяснений тех или иных проявлений в поведении и самочувствии людей. Будучи иллюзией, вера в хорошее истинное-Я, тем не менее, очень функциональна, позволяет людям лучше адаптироваться в трудных условиях, принимать различные решения и получать больше удовольствия от жизни.

*Nina Strohminger, Joshua Knobe, and George Newman. The True Self: A Psychological Concept Distinct From the Self.//Perspectives on Psychological Science, 1 –10, 2017.

Иллюстрации в тексте: Igor Morski
Реклама

Об авторе tolkoksana

Психолог-консультант психоаналитической ориентации
Запись опубликована в рубрике Исследования. Добавьте в закладки постоянную ссылку.